Vg(ρвоздуха – ρгаза), где V – объем аппарата (воздушного шара), а ρгаза – плотность газа, которым наполнен воздушный аппарат. Идеален для этого водород, но он горюч, а в качестве корпуса – армированные пленки из лавсана или полиэтилена, практически невесомые, но нашей задачей было не получение максимальной грузоподъемности, а значительные скорости переброски груза или сообщения, или десанта. Грузоподъемностью пришлось жертвовать. Варить было кому, аргон и гелий имелись. В целях безопасности полетов пришлось применять жесткий корпус переменного объема, то есть, помимо самого металлического баллона аэродинамичной формы, применять заполняемые гелием балластно-подъемные отсеки, выполненные из ткани с гермопокрытием. Снаружи их закрывал легкий корпус, как на подводных лодках. Прочность корпусу придавали катанные титановые балки, как продольные, так и поперечные. Конструкция имела смешанный продольно-поперечный набор. Первый дирижабль строился совсем небольшим: 1050–1350 кубических метров, 300 из которых были переменными. Он строился чисто с исследовательскими целями и на нем будет отрабатываться вся конструкция. Следующим будет аппарат объемом 20.000-23.000 кубов, который и станет серийным. Рассчитан на перевозку 40 человек с вооружением. Мягкие и неуправляемые аэростаты и воздушные шары нами уже применялись почти 7 лет, и успешно. Как в армии, так и на флоте. Первый блин получился комом: корпус держать давление отказался: гелий дырочку найдет! Пришлось еще уменьшить толщину стенок, а изнутри его покрыть армированным пластиком. Сами понимаете, это строительство аппарата заново. Четыре, а затем пять двигателей давали суммарно 575 килограммов тяги. Пятый был маршевый. Он же позволял садиться с использованием аэродинамического качества аппарата, то есть, с пробегом. Тем не менее, после переделки я совершил на нем перелет в Новгород и обратно. И долетел! И туда, и обратно. 10 часов полета туда и 8,5 обратно. Сразу признаюсь: погоду подбирали для этого. В навигационном отношении машина была практически не оборудована. Очень выручил 5-й двигатель, что закончилось еще одной переделкой дирижабля: четыре двигателя стали чисто подъемными и лишились тянущих винтов. На взлете они разворачивались соплами вниз и поднимали машину, немного разгоняли ее, выключались и закрывались обтекаемыми капотами со стороны воздухозаборника. Лоб у дирижабля был большим, и работа этих двигателей на ходу практически не давала прибавки в скорости. Зато резко повышался расход топлива. Толкающий винт оказался вполне эффективным и давал 180–200 километров в час маршевой скорости. Остальные двигатели запускались в случае полета против сильного ветра. В общем, полеты освоили, еще бы дружинников приучить не пытаться подбить «змея Горыныча» на посадке! На небольшие расстояния машина могла брать четырех человек с половинным запасом топлива. Еще несколько раз переделывали корпус подъемного отсека, пытаясь увеличить скорость за счет обтекаемости, пока, наконец не нашли для него идеальную форму толстого крыла. Скорость при этом возросла до 360 км/час с двумя маршевыми двигателями или 280–320 с одним. Большой дирижабль начали изготавливать сразу по схеме «летающее крыло», но для взлета ему требовалось около 500 метров для разбега. В общем, как ни крути, получился самолет, но это из-за малой мощности двигателей, которую мы быстро нарастить не смогли. Обидно, конечно, возить такой огромный «пустой» объем, но деваться некуда. Тут выше головы не прыгнешь. Вакуумных электропечей еще нет, и когда будут – неизвестно. Тем не менее, мы – в воздухе! Создаем ВВС! А в Европе идет страшная зарубка между язычниками и крестоносцами. И «наши» ломят, возвращая исконные славянские земли. Зачастили немецко-франкские послы в Византию, о чем докладывает посол в Царьграде. Была пара столкновений в Южной Италии, в результате которых Неаполь стал принадлежать Сицилии. Наш договор о границах мы подписывали с Михаилом, а его оттуда попер Лысый, который умер, и Италия стала «немецкой», договариваться с которой я отказался. Михаил в гости зовет, явно для организации переговоров с Карлом Толстым, которого теснят со всех сторон. Так что, «воздушный мост» пора строить между «будущим Стамбулом» и Владимиром. Закончили возведение большого ангара, приступили к сборке «большого крыла» и двигателей для него. А зимой ситуация ухудшилась: с Лемноса передали, что Карл Толстый двинулся на Константинополь. Нервы не выдержали ждать, когда Михаил организует нам встречу. Чтобы ускорить переговоры он сам решил прийти в Царьград. За Михаила я не волновался: зимой горы Карлу не перейти, но, на всякий случай перебросил часть войск на Лемнос и в Херсонес. Что-то Каролинги раздухарились! Однако в Дании и Любице у меня четыре батальона с артиллерией, по договору с Витсерком и князем Крутом. Они готовы выдвинуться к Лабе и форсировать ее в любой момент. Карлу III Толстому удалось объединить два королевства в одно перед лицом нашествия с севера. Теперь он мечтает лишить меня плацдарма в Южной Европе и захватить полностью «старушку», до моих владений. Он же объявил «джихад» против язычников, к коим причисляет и меня, хотя я – атеист. И черт с ним! Пехоты у него довольно много, но она необученная, разношерстная и получает копейки. Армия нищих. Пусть подергается и померзнет в горах. Это – полезно, так армия быстрее разбежится по домам. Судя по всему, к династии Каролингов подкрался маленький северный пушистый зверек, так как у Карла Толстого детей нет, а все представители династии перекочевали на два метра ниже поверхности Земли. Не долго музыка играла! Что щаз начнется! Поэтому усиленно форсирую строительство большого дирижабля, хотя занимаюсь, в основном, двигателями для него. Этого, к сожалению, никто пока сделать не может. И тут главное – не переусердствовать. Дирижабль взлетит, вне зависимости от мощности двигателей. Необходимо подобрать режим его работы по температуре на лопатках и качественно отбалансировать его. Главное – надежность и долговечность работы, а не скорость аппарата. В марте он совершил первый полет, в апреле на него установлено вооружение, а через неделю мы приземлились в Херсонесе Таврическом. Чтобы никого не пугать, на дирижабль подали буксир и повели его за собой в составе Черноморской эскадры. В качестве утешительного приза на «Феликсе» в адмиральской каюте в Царьград шли Катя и ее девятимесячный сын Хват. Чисто подразнить бабушку. «Её» каюта, в которой она путешествовала в прошлый раз, превратилась в микробиологическую лабораторию. Катя активно заканчивает работать по диплому и готовится его защищать, причем, на год раньше срока. А ее работу уже приравняли к докторской. У нее явные успехи, в том числе, клинические. Несколько случаев газовой гангрены удалось остановить без ампутаций и пара случаев «родовой горячки» закончилась излечением пациенток. Из Царьграда она пойдет в Сицилию, где официально представит жителям будущего короля. С ней пойдет и Рознег, надо кое-какие делишки оформить, в частности, принадлежность Неаполя и
